Как в Древнем Новгороде штрафовали за повреждение усов и бороды

Естественная и безобидная часть мужского организма, борода в истории Руси не раз становилась предметом споров, острых конфликтов и противостояний. Если рассматривать портреты известных в российской истории людей в хронологическом порядке, то можно заметить, как бороды то появляются, то исчезают на лицах мужчин. Допетровская эпоха почти сплошь «бородатая». В начале XVIII века, с приходом к власти «царя-реформатора» бороды исчезают, их можно увидеть лишь на портретах церковнослужителей. А через примерно полторы сотни лет вдруг появляются портреты бородатого монарха Николая I, затем портреты Льва Толстого, Фёдора Достоевского с огромными бородами. После 1917 года бороды сменяются бородками, потом остаются лишь усы и усики….

Ярослав Мудрый. Фото:vivareit.ru

В Древней Руси к бороде относились с почтением, особенно если её носитель был человеком знатным. Борода считалась признаком достоинства и высокого социального статуса. А после крещения Руси ещё атрибутом благочестия и богобоязненности, поскольку, по византийской традиции, Иисус Христос изображался на иконах с бородой. В первом древнерусском своде законов, «Русской Правде», принятой новгородским князем Ярославом Мудрым в XI веке, даже существовала особая статья за «отсечение бороды и усов». Имелось в виду повреждение растительности на лице новгородского гражданина в результате ссоры или драки. Наказание было суровым: штраф 12 гривен (лошадь стоила гораздо меньше) за повреждённую бороду, и ещё столько же за усы, отдельно. Интересно, что другая статья, за отсечение пальца, предусматривала всего лишь три гривны штрафа.

Василий III и Елена Глинская. Фото:cont.ws

А в 1526 году случился казус. Великий князь Московский Василий III Иоаннович, решив жениться на литовской княжне Елене Глинской, будущей матери Ивана Грозного, взял да и побрился. Желая, вероятно, понравиться невесте и её европейской родне. У московского государя нашлись подражатели среди бояр, стало проявлять недовольство высшее духовенство, и вскоре после женитьбы Василий III отрастил новую бороду. А его сын, наоборот, считал брадобритие тяжким грехом. В этом Иван Грозный, естественно, нашёл поддержку православной церкви, в 1551 году Стоглавый собор, в котором участвовал и царь, даже запретил отпевать бритых покойников.

Владимир Царан

Подписывайтесь на нас в "Яндекс Новости" и "Яндекс Дзен"