Самая правдивая история барона Мюнхаузена

Имя общеизвестного литературного персонажа барона Мюнхаузена стало нарицательным. У многих поколений оно прочно ассоциируется с человеком, который пытается повысить собственную значимость, рассказывая о себе самые невероятные истории. Между этим, речь идет о жизни реального человека, появившегося на свет ровно 300 лет назад – в мае 1720-го. Его звали Карлом Фридрихом фон Мюнхгаузеном. Он любил вспоминать бурную молодость, проведенную в России, и не виноват, что Рудольф Распе не совсем точно записал или излишне художественно обработал его «абсолютно правдивые» истории.

Фото:i.ytimg.com

Знаменитый рассказчик был отпрыском древнего аристократического нижнесаксонского рода, известного с XII столетия. На протяжении многих веков его предки владели Минденскими землями, а в XVIII-м наконец получили титул баронов и обзавелись собственным замком. В разные времена среди них было много отважных воинов, успешных предпринимателей и знатных вельмож, но в исторической памяти остался лишь один «тот самый Мюнхаузен».

О нем снимали киноленты, мультипликационные фильмы и делали театральные постановки. Близ Ганновера в старинном родовом имении функционирует музей, больше посвященный популярному литературному герою, чем его малоизвестному реальному прототипу. В европейской медицине есть даже специальный термин «синдром Мюнхгаузена», описывающий разнообразные симуляции, к которым прибегает человек, желающий казаться больным. Справедливости ради следует отметить действительно уникальную фантазию Карла Фридриха. Её совершенству и недостижимой высоте полета он обязан пребыванию в России.

Я выехал в Россию

Именно этими словами начинается книга «Приключений барона Мюнхаузена» в переводе К.Чуковского. Помните, как барон попал в страшную пургу, сквозь которую не было видно даже кончиков пальцев вытянутой руки. Чтобы не испытывать судьбу, он привязал коня к придорожному колышку, торчащему из-под снега. Пока всадник отдыхал, вьюга закончилась, снежный покров подтаял, а колышек оказался крестом, венчавшим купол высокой колокольни.

Фото:.ytimg.com

Действительно, в декабре 1737-го юный паж герцога Ульриха – представителя знатного европейского дома – впервые оказался в России. Его господин направлялся жениться на принцессе Анне Леопольдовне, состоявшей при малолетнем императоре Иване VI. Она приходилась племянницей (дочерью старшей сестры) императрице Анне Иоанновне. Подобный расклад сулил юному барону блестящие карьерные перспективы, поскольку образованные иноземцы в годы ее правления пользовались обширными привилегиями.

Начало российского периода жизни Мюнхгаузена складывалось на редкость удачно. Благодаря высокой протекции, он становится корнетом и поступает на службу в престижный Брауншвейгский кирасирский полк и отправляется воевать с турками. Два последующих года Карл резво карабкается по карьерной лестнице и добирается до должности командира первого, элитного эскадрона.

Молодому перспективному офицеру будущее рисуется в самых радужных красках, но за белой полосой судьбы всегда следует черная. Мир для него перевернулся с ног на голову вместе с дворцовым переворотом, устроенным младшей дочерью Петра I – Елизаветой при поддержке трех сотен верных гвардейцев Преображенского полка. По ее приказу в 1741-м всех представителей «Брауншвейгской фамилии» заточают в крепость, включая Анну Иоанновну и Анну Леопольдовну.

Мюнхгаузену невероятно повезло, что к этому моменту он был уже достаточно отдален от свиты герцога Ульриха и геройски проявил себя на полях сражений. Можно только догадываться, сколько нервных часов он пережил в ожидании ареста и ссылки в страшную неведомую Сибирь. И, тем не менее, дисциплинированно исполнял обязанности, был честен, учтив и рвался в бой. Время шло, но никакие заслуги перед отечеством не позволяли получить очередной воинский чин. Где-то наверху помнили о его принадлежности к опальному семейству. Спустя девять лет верной службы, он наконец-то стал ротмистром, хотя, все старые сослуживцы уже ходили в полковниках.

Барону стало понятно, что при царствовании Елизаветы Петровны на большее рассчитывать не приходится. Он просит отпуск под надуманной причиной семейного характера и возвращается на родину. Уже не один, а с молодою супругой. Ему приглянулась прибалтийская немка Якобина фон Дунтен, приходившаяся дочерью известному рижскому судье.

Мюнхгаузен не стал возвращаться обратно в полк. После «русской одиссеи» тихая размеренная жизнь обеспеченного владельца обширных земельных угодий, казалась скучной. Он развлекал себя и домочадцев воспоминаниями о славных военных походах, со временем добавляя все больше красочных деталей, которые местным бюргерам казались невероятными. Они ведь никогда не видели России своими глазами.

Главный врун всех вралей

Замок Мюнхгаузенов находился в провинциальном городишке Боденвердер, который сегодня даже не назвали бы «большой деревней». Отношения с немногочисленными земляками с самого начала складывались непросто, несмотря на то, что барон был общительным и не пропускал ни одного совместного мероприятия, будь-то охота, ярмарка или званый ужин. Постепенно его общества стали избегать, а за спиной называя «королем лжецов», «главным вруном всех вралей» и иными презрительными прозвищами. Никто не верил, что бывают «царские охоты», невероятно лютые зимы с такими морозами, что плевок на лету превращается в льдинку.

Дом-музей Мюнхаузена Фото:img4.tourbina.ru

Одна из историй рассказывала о застолье в императорском дворце. За длинным столом, уставленным всевозможными яствами, собрались десятки вельмож. Лакеи периодически выносили поистине невероятные блюда: огромных двухметровых осетров, запеченных свиней и баранов.

Но больше всего Карлу запомнился паштет, поднесенный в специальной фарфоровой емкости весьма приличных размеров. Придворные подняли крышку, из-под которой вышел статный мужчина в бархатных одеяниях. В его руках была подушка с прекрасным ювелирным украшением для Императрицы.

Сегодня никого не удивляет, когда девушки выскакивают из тортов. Но два с половиной столетия назад подобное казалось невозможным. Видимо, Мюнхгаузен искренне рассказывал правду, а его считали лжецом.

Современники отмечали его острый ум и мгновенную реакцию на происходящие события. Большинство его историй являются ответом на услышанные охотничьи рассказы своих коллег, в которых всегда находилось место преувеличениям. Каждый заядлый рыбак имеет в арсенале десяток случаев, когда с крючка срывались «монстры» с глазами, размером с человеческий кулак, либо зубами в три ряда, которыми легко перекусывались крючки.

Сохранилось такое воспоминание о Карле Фридрихе: «… Его жестикуляция становилась всё более нервной и выразительной. Он постоянно поправлял свой небольшой щегольской парик, норовивший упасть с головы. Морщинки на лице разглаживались, глаза загорались, голос становился громким и уверенным. Барон был потрясающим рассказчиком, и мы с удовольствием погружались в удивительный мир его фантазий. В обычной жизни он слыл предельно честным и правдивым человеком…».

Слушателям очень нравились его мини-спектакли, сюжеты которых с удовольствием пересказывали, чтобы еще раз погрузиться в эту необычную и приятную атмосферу. Постепенно они стали широко известны и попали на страницы одной из популярных столичных газет под названием «Рассказы остроумного г-на М., проживающего неподалеку от Ганновера».

Герой поневоле

Писатель Р.Распе, издавший в Лондоне целую книгу «О чудесном путешествии барона Мюнхгаузена в Россию, рассказанном им самим», на самом деле с прототипом своего литературного персонажа никогда не встречался и знаком не был. Он просто регулярно читал прессу и придумал, как можно извлечь деньги из того, что формально называется «народным творчеством».

Карл Фридрих Мюнхаузен Фото:i04.fotocdn.net

На немецкий язык это произведение перевели в 1786-м, когда барон находился в преклонном возрасте. Он был взбешен и разгневан. Автор выставил его в самом неприглядном свете. А как же безупречная репутация и честное имя? За такие оскорбления в аристократическом обществе вызывали на дуэли, но Карл Фридрих решил судиться. Возможно, еще и потому, что Распе фактически украл его «интеллектуальную собственность», не заплатив ни копейки. Тем самым еще больше привлек внимание к своей собственной персоне. Люди поняли, что речь идет именно о нем.

Книга была фантастически популярна и неоднократно переиздавалась, но жизнь ее героя с каждым днем становилась всё невыносимее. Народ валом повалил в небольшой городишко, чтобы своими глазами увидеть «главного враля страны». Пришлось перекрывать дороги, ведущие к замку, и расставлять по периметру вооруженных слуг, чтобы отгоняли чрезмерно назойливых и настойчивых читателей. Кошмар не утихал, а нарастал с каждым годом.

В 1790-м скончалась его любимая Якобина, и 70-летний Мюнхгаузен решил жениться во второй раз. Избранницей стала 17-летняя Бернардина фон Брун. Молоденькая девушка в сиделки не нанималась, поэтому домашней скуке предпочла беззаботное веселье в светских кругах. Легкомысленность супруги барону не понравилась. Перспектива прослыть «рогоносцем» явно не прельщала, и он ввязался в довольно дорогой процесс расторжения брака, который «отобрал» последние сбережения и физические силы. «Тот самый Мюнхаузен» скончался в 1797-м от инсульта в полной нищете.

Даже готовясь предстать перед Богом, он не потерял остроумия и оптимизма. Единственная старая служанка, ухаживавшая за ним до последней минуты, как то спросила о причине отсутствия пальцев на правой ступне. Мюнхгаузен ответил: «Вы, наверное, забыли — их откусил белый медведь, на которого я охотился…» и улыбнулся. Пальцы он отморозил в России.

P.S.

Корней Чуковский, переводивший и адаптировавший книгу Р.Распе для детского возраста, перевёл немецкую фамилию «Münchhausen», как «Мюнхаузен». Буквы «г» в ней действительно нет.

Подписывайтесь на нас в "Яндекс Новости" и "Яндекс Дзен"