The Guardian: Почему Британия все еще хочет сражаться с Европой

385
Почему Британия все еще хочет сражаться с Европой.
Герои Нормандии утверждают, что в тот июньский день они сохранили мир. Но на самом деле, они еще и сформировали его – и формируют даже сегодня.

День – Д (9 июня, 1944 г. День высадки войск западных союзников в Нормандии для освобождения Европы от нацистской оккупации во время Второй мировой войны). Это событие напоминает нам, что ЕС был детищем войны, и британский героический взгляд на тот конфликт формирует ее враждебную позицию.

«На сегодняшний день пляжи спокойные, последние следы крови уже смыты. Когда я освещал в СМИ празднование шестидесятилетия Дня – Д в 2004 году, —  пишет журналист The Guardian, — я обнаружил отличия, которые меня действительно потрясли. Как же быстро земля исцелилась. Как быстро спокойствие и красота Нормандии, которая когда-то была поглощена шумом войны, а также почва, которая была покрыта кровью, восстановились».

«Сегодня я наблюдал семидесятилетие тех событий издалека, по телевизору. Я был тронут еще раз при виде оставшихся ветеранов, которых уже стало намного меньше и которые пришли, чтобы сказать «спасибо» или «до свидания» товарищам, павшим на тех берегах. Товарищам, чья молодость была навсегда заморожена».

«Просматривая канал новостей, я также видел бегущую строку, которая была вдоль нижней части экрана, будто относя ключевые слова событий куда-то в другое место». В результате выборов в нижней палате британского парламента, которые были проведены 5 июня 2014 года, победу одержала Консервативная партия Тори. Амбиции Жан-Клод Юнкера по поводу того, чтобы стать следующим президентом Европейской комиссии, вызвали общественное волнение. Далее оно обострилось тем, что он отказался стать на колени для того, чтобы получить поддержку Британии. Также в новостях было упоминание о том, что американский президент Обама пообещал 1 млрд долларов для увеличения американского военного присутствия в Европе. Бегущая строка обычно отвлекает от основного сюжета на экране. Но не в этот раз. Так как эти события связаны.

Политика 2014 года все еще формируется под влиянием событий 1944 года, и отношение к Европе было сформировано в тени Второй мировой войны. Это наиболее очевидно в Британии, но не свойственно этим островам.

Это очевидно, что партии, выступающие против ЕС, достигли определенных результатов за последние месяцы.  Но, в большинстве случаев, успех пришел к странам, которые в положительном смысле заинтересованы Европейским проектом, и триумф Марин Ле Пен во Франции является наиболее очевидными примером.

Бывший премьер-министр Франции Мишель Рокар резко выразился, когда написал, что Великобритания должна покинуть Евросоюз. Он написал, что нужно покинуть ЕС «прежде, чем он все разрушит». Он пояснил, что, когда Великобритания присоединилась, 41 год назад, это было всего лишь большим недоразумением. «Вы никогда не разделяли истинный смысл проекта, который предложил Уинстон Черчилль, выступая от вашего имени. Этот проект был изложен в Цюрихе в 1946 году с его невероятными словами: «Мы должны строить своего рода Соединенные Штаты Европы …»».

Британцы никогда не чувствовали необходимости в «более тесном союзе», что и собрало вместе первых европейских мечтателей. Земля британского народа никогда не была оккупирована. Более того, они гордились тем, что по их земле за тысячу лет не прошли сапоги ни одной иностранной армии.  Эта страна не видела себя в качестве той, которая должна восстанавливаться с нуля.

Проще говоря, британцы увидели «Европу» как решение проблемы, которую Британия не имела. Это было средство защиты для других стран, порядок которых был чрезвычайно опорочен, как, например, во Франция. Или же Германия, национальное самосознание которой нужно было воссоздать. Призыв Черчилля к созданию Соединенных Штатов Европы звучит как фанатизм федералиста, что исключило бы его из сегодняшней Консервативной партии. Но дело в том, что Черчилль исключил Британию из этого грандиозного плана. Британия будет находиться рядом с Содружеством наций, США и Советским Союзом в качестве «друзей и спонсоров новой Европы», но сама не войдет в это новое создание.

Есть еще несколько опытных наблюдателей этой сложной взаимосвязи, например, Чарльз Грант, директор Центра европейских реформ. Его постоянно просят объяснить равнодушное отношение британцев к Европейскому Союзу. Он сказал: «Вы прошли хорошую войну, и мы думаем, что все остальные были либо на неверной стороне, либо же убежали и потерпели поражение».

Это разрыв между нами и нашими европейскими партнерами. Как писал Рокард, Европа для Британии всегда была торговлей и ничем больше. Но для континента, который был разрушен дважды за последние 30 лет, и на протяжении веков до этого, европейский проект был вопросом жизни и смерти. Нужно было заменить кровавые конфликты сотрудничеством.

Прошло уже 70 лет, и те события, которые не многие из нас уже помнят, формируют у нас взгляд, которым мы смотрим на мир. Видимо возраст не избавляет нас от привычки смотреть на текущие угрозы через линзы, которые были созданы в 1939 году. Теперь мы видим угрозы в лице нового Гитлера. Таким же взглядом принц Чарльз и Хиллари Клинтон смотрят на аннексию Крыма, которую совершил Владимир Путин. Барак Обама, возможно, хотел бы заглянуть в Азию, но он снова в Европе, вновь вооружаясь и говоря о неразрывной связи Америки с союзниками, которые вместе уже 7 десятилетий.

Герои Нормандии утверждают, что в тот июньский день они сохранили мир. Но на самом деле, они еще и сформировали его – и формируют даже сегодня.

Оригинал: Why Britain still wants to fight Europe on the beaches.

p